serg07011972 (serg07011972) wrote,
serg07011972
serg07011972

Categories:

Фетва о недопустимости межрелигиозных браков в РФ: что кроется за её принятием

Богословское заключение о запрете межконфессиональных браков для мусульман РФ, принятое в ДУМ РФ, обернулось скандалом и понизило без того хлипкий авторитет Равиля Гайнутдина. Известный исламовед Раис Сулейманов разъясняет: [Spoiler (click to open)]https://www.apn.ru/index.php?newsid=38930




10 ноября 2020 года в российских СМИ стало известно о принятом Советом улемов Духовного управления мусульман РФ богословском заключении (фетва) о недопустимости межрелигиозных браков в России. Эта новость была быстро растиражирована в СМИ, где большинство комментаторов осудили авторов фетвы, а общая реакция была на этот документ больше негативной, чем нейтральной.

Любопытно, что сама фетва №5/19 была принята 19 ноября 2019 года, на сайте ДУМ РФ опубликована 18 июля 2020 года, а известно о ней стало только 10 ноября 2020 года, т.е. практически через год. Почему это произошло с таким опозданием?

Есть только две версии, объясняющие такую запоздалость реакции на это богословское заключение. Первая версия: кто-то из дотошных журналистов, порывшись на сайте ДУМ РФ в различных закладках, обнаружил текст фетвы среди прочих таких документов, на чтение которых требуется потратить достаточно много времени, ухватился за конкретно эту фетву и первый опубликовал сообщение о ней, после чего новость разошлась по другим СМИ, традиционно привыкшим к сенсационности в подаче информационных материалов. Вторая версия: кто-то из самих сотрудников ДУМ РФ, чем-то недовольный Советом улемов, решил подставить его, для чего обратил внимание СМИ на эту фетву. Обе версии имеют право на существование, потому что никак по-другому нельзя объяснить, почему документ, который уже висит в открытом доступе полгода на сайте ДУМ РФ, до этого совершенно никак не интересовал охотчих до скандалов журналистов.

Сам пятистраничный текст фетвы представляется весьма любопытным документом. Заключение Совета улемов ДУМ РФ отличается прямолинейностью позиции:

«Межконфессиональные браки, в частности, с представительницами людей Писания, на территории РФ недопустимы и возможны лишь в определённых единичных случаях по решению местного муфтия, который рассматривает и принимает во внимание все обстоятельства данного конкретного случая».

При этом её авторы детально разбирают эту проблему. Согласно Корану, браки мужчин-мусульман разрешаются с представительницами «народов Писания», т.е. с иудейками и христианками, при этом оговаривается условие, что принятие ислама от них желательно, но не обязательно, а вот дети в таком браке обязательно должны быть воспитаны как мусульмане. Браки мусульманок с мужчинами-немусульманами запрещены, опять же, по той же причине, что дети будут наследовать религию отца. Авторы фетвы ДУМ РФ объясняют свою позицию тем, что речь идёт о религиозном мусульманском браке (никах), а светский брак, заключаемый в органах ЗАГС, не входит в их прерогативу, и аудитория, к которой они обращаются, -- это мусульмане России, имея в виду именно активно верующих.

Знаменитый французский исламовед Оливье Руа как-то очень точно подметил: «Подлинно ключевой вопрос не в том, о чём говорит Коран, а в том, что говорят мусульмане по поводу того, о чём говорится в Коране». Если говорить о фетве ДУМ РФ, эти его слова могут быть лучшей иллюстрацией. Да, Коран разрешает браки мусульман с иудейками и христианками, но в Совете улемов ДУМ РФ на этот счёт говорят другое.

После случившегося скандала председателю Совета улемов ДУМ РФ Шамилю Аляутдинову, который работает имамом Мемориальной мечети на Поклонной Горе в Москве, пришлось давать разъяснение во время проповеди в своей мечети. Оно получилось весьма эмоциональным, но Аляутдинов пытался пояснить, что несмотря на разрешение в Коране таких межрелигиозных браков, практика жизни в России показывает, что рождённые в них дети воспитываются матерями, а отцы заняты работой и значительно меньше проводят с ними время. В подобных семейных союзах дети будут воспитаны в немусульманской культуре, убеждён Аляутдинов. Поэтому, считает он, во избежание ассимиляции следует не допускать такие браки. Гораздо удобнее, по его мнению, когда мусульманин, даже светский, берёт в брак пусть даже светскую мусульманку, поскольку с возрастом у обоих может пробудиться интерес к религии, а в случае с межрелигиозным браком это создаст взаимные неудобства.

Несмотря на такую аргументацию, реакция на саму фетву была больше негативной. Вначале часть российских муфтиев поспешили отмежеваться от неё.

Так, Верховный муфтий России, председатель Центрального духовного управления мусульман Талгат Таджутдин указал на то, что такие браки не могут быть запрещены даже в соответствии со Священным Писанием мусульман:

«По Корану брак между людьми разных конфессий Писания не запрещен, как с мусульманами, так и с христианами и иудеями. В целом по стране очень много смешанных браков. В Татарстане и в Башкортостане, например, более 30% подобных союзов. Для нас главное, чтобы люди верили в единого Бога».

При этом Таджутдин подчеркнул, что в России насчитывается более восьмидесяти муфтиятов, у каждого из которых может быть свой Совет улемов, а потому фетва, принятая одним из них, не может служить обязательным для остальных руководством к ограничениям.

Аналогичную позицию занял и муфтий Татарстана Камиль Самигуллин, который через пресс-службу Духовного управления мусульман Республики Татарстан отметил, что «согласно положениям ханафитской правовой школы, мусульманину дозволено вступать в брак с представительницами людей Писания, к которым относятся христиане и иудеи. Это правило действовало до появления мазхабов, на заре эры Ислама и сохраняет свою силу до настоящего времени». Более того, в татарстанском муфтияте специально подчеркнули, что «Совет улемов Духовного управления мусульман Республики Татарстан сообщает о своём несогласии с заключением ДУМ РФ о межконфессиональных браках».

Председатель Духовного собрания мусульман России, муфтий Альбир Крганов указал на противоречивость данного богословского заключения:

«Мы такого рода решения обосновываем, ссылаясь на священный Коран, который разрешает мусульманам жениться на христианках и иудейках. Видимо, наши братья в ДУМ РФ посчитали, что нужно объяснить интерпретацию немножко по-другому этого аята Корана - это их мнение, нескольких учёных, имамов, которые входят в Совет улемов ДУМ РФ, это не объединённое решение религиозных деятелей, мусульман в стране».

Таким образом, мнение улемов (богословов) ДУМ РФ не следует отождествлять с позицией всего мусульманского духовенства России.

Единственным, кто открыто солидаризировался с позицией Совета улемов ДУМ РФ по вопросу о межрелигиозных браках, было Духовное управление мусульман Чеченской Республики, чей муфтий Салах Межиев заявил, что это является общеизвестной истиной в исламе: «Нет никакой необходимости это обсуждать и говорить об этом, никаких споров и разногласий в этом вопросе нет».

Тут следует внести определённую ясность таких различий в отношении к самой возможности межрелигиозных браков в исламе. Дело в том, что суннитский ислам делится на мазхабы (религиозно-правовые школы), и шафиитский мазхаб, к которому принадлежит часть мусульман Северного Кавказа, более строг в вопросе выбора супруги, чем ханафитский мазхаб, к которому относятся мусульмане Поволжья. В силу этих обстоятельств, понимание фетва ДУМ РФ нашла на юге России, а не на Волге. Однако и тут было не всё так однозначно. Часть татарского мусульманского духовенства из Татарстана, несмотря на то, что официально ДУМ Республики Татарстан и отстранилась от богословского заключения своих конкурентов из ДУМ РФ, поддержала эту фетву. Имам казанской мечети «Туган авылым» Нурулла Зиннатуллин отметил важность принятия такой фетвы, оговорившись, что мусульманин может жениться на иудейке и христианке при условии, что сама она соблюдает все предписания и требования своей религии, например, она должна носит платок и закрытую одежду. В условиях, когда речь идёт о браках светских этнических мусульман на таких же светских этнических христианках, как правило, считает Зиннатуллин, дело приводит к тому, что в исламе дети от межрелигиозных браков воспитываться по факту не будут, а если брак имеет межнациональный характер, то это неизбежно ведёт и к языковой ассимиляции: в русско-татарских семьях языком общения родителей между собой и с детьми будет, как правило, русский.

Когда же новость о вынесенной фетве получила огласку и разошлась по Интернету, то заместитель председателя комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина заявила, что подобные документы сеют раздор и вражду, могут мешать людям заключать браки между собой по любви, руководствуясь религиозными различиями.

Характерно, что в руководстве ДУМ РФ, как только начался скандал, первый заместитель его председателя Дамир Мухетдинов поспешил отмежеваться от фетвы, заметив, что, во-первых, улемов ДУМ РФ неправильно поняли, а, во-вторых, Совет улемов ДУМ РФ и само ДУМ РФ – это разные структуры, и не стоит воспринимать фетву, принятую первым, как общую позицию второго. Звучало это, конечно, малоубедительно. Более того, Мухетдинов стал нести ещё большую нелепицу:

«В светском государстве люди ориентируются только на светские законы. Эта фетва была бы правомочной, если бы мы жили в религиозном государстве, где действуют законы шариата, действуют религиозные шариатские судьи и исходя из этих законов выносились бы приговоры и прочие законодательные акты».

По-видимому, сам Мухетдинов не читал документа, о котором берётся рассуждать, поскольку в тексте фетвы чётко написано, что она принята для мусульман не абстрактного религиозного государства, а мусульман, проживающих на территории России.

Поняв, что с этим документом ДУМ РФ село в лужу, там попытались оправдаться с ссылками на позицию Русской Православной Церкви, согласно которому затруднительно провести церковное венчание, если жених или невеста не будут православными христианами. Так, заместитель управляющего делами Московской патриархии, епископ Зеленоградского Савва (Тутунов)сослался на принятый Архиерейским собором Русской православной церкви в 2017 году документ "О канонических аспектах церковного брака". В нём указано, что браки, заключённые между православными и нехристианами, не освящаются венчанием, поскольку «отсутствие единомыслия представляет серьёзную угрозу целостности супружеского союза». При этом, как сказано в решении собора, к людям, «состоящим в браке с нехристианами, Церковь может проявлять пастырское снисхождение».

Впрочем, это не остановило волну негатива. Тем более, что, вероятно, такая реакция может иметь определённые последствия для самого Совета улемов ДУМ РФ. В этом рабочем органе состоят 22 человека. Как уже было сказано выше, его председателем является имам Мемориальной мечети на Поклонной Горе в Москве Шамиль Аляутдинов, более известный как бизнес-коуч и организатор тренингов личностного роста, автор соответствующих книг по личностной мотивации (среди них наиболее известными являются «Стань самым умным и самым богатым» и «Триллионер думает» с многочисленными продолжениями, написанными в духе «инфоцыганства»). В Совет улемов ДУМ РФ также входит его родной брат Ильдар Аляутдинов, муфтий Москвы, которого считают симпатизантом турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена, который у себя на родине признан террористом и причастным к неудавшемуся госперевороту 2016 года, чьи некоторые книги в переводе на русский язык признаны в России экстремистскими. Также среди членов имеется лидер ячейки «Нурджулар» (запрещённая в России экстремистская организация), находящийся сейчас в одном из казанских СИЗО Габдрахман Наумов; главная воспитательница карельской общественной организации «Исламское просвещение» Елена Ковалёва(кстати, она – единственная в Совете улемов ДУМ РФ женщина); техник по образованию алжирец Мохаммед Хенни, который ещё 11 лет назад в одном из интервью разрешал браки мусульман с иудейками и христианками; и бросивший свою законную жену -- русскую немку Викторию Вебер с пятью детьми (Виктория вынуждена была работать таксистом, чтобы прокормить семью) ради молодой новой жены бывший муфтий Карелии, а ныне живущий и работающий в Москве палестинец Висам Бардвил. Насколько все эти персоны компетентны и имеют моральный авторитет, чтобы выносить богословские заключения по тем или иным вопросам -- вопрос спорный и открытый. Но факт, что даже второй человек в ДУМ РФ Дамир Мухетдинов вынужден был заявить, что Совет улемов ДУМ РФ и ДУМ РФ – это разные структуры, а все остальные российские муфтии поспешили раскритиковать их фетву, -- говорит о многом. Нельзя исключать, что этот скандал будет иметь определённые последствия, включая и оргвыводы, тем более что сам Мухетдинов недавно стал первым в России доктором исламской теологии. Несмотря на то, что защита его докторской в Санкт-Петербургском университете не обошлась без скандала, у Дамира-хазрата есть все основания самому претендовать на то, чтобы стать главным богословом ДУМ РФ, спихнув Аляутдинова с его должности.

Здесь есть ещё одна важная деталь внутренней кухни ДУМ РФ. Дело в том, что в его аппарате работает Вячеслав Комраков, начальник отдела информационных технологий ДУМ. Равилю Гайнутдину, председателю ДУМ РФ, он приходится зятем, поскольку женат на младшей дочери Равиля-хазрата Дине. Слава Комраков сейчас носит имя Салават -- вероятно, он принял ислам, но насколько он, учредитель и гендиректор нескольких коммерческих фирм, активно исповедует ислам -- нам неизвестно. Очевидно, что скандал вокруг фетвы о недопустимости межрелигиозных браков бросает тень и на семью Гайнутдина. Это может сыграть в условиях аппаратных игр в пользу Мухетдинова, который гораздо чаще как первый заместитель имеет доступ к Гайнутдину: он может посоветовать своему шефу потеснить Аляутдинова на посту Совета улемов ДУМ РФ, указав своему начальнику, что данная фетва – камень в огород московского шейха.

При внимательном знакомстве с содержанием фетвы, видно, что авторы ссылаются на сочинения духовного лидера «Братьев-мусульман» (запрещённая в России террористическая организация) шейха Юсуфа аль-Кардави, причём цитируют его аж три раза как явного авторитета для себя. Книги остальных богословов, которые цитируются в фетве, относятся к представителям маликитского и шафиитского мазхабов, ссылок на теологов ханафитского мазхаба, не имеется. Неудивительно, что остальные татарские муфтии не поддержали её, поскольку они канонически относят себя именно к традиционному для татар исламу ханафитского мазхаба. Более того, в самом тексте богословского заключения нет ссылок ни на одного из деятелей российской богословской школы, то есть людей, которые, как раз жили или живут в России, а потому знают её реалии опыта межрелигиозного соседства. Правда, Аляутдинов в своей проповеди для подтверждения правоты принятой под его руководством фетвы ссылался на книгу крупного татарского богослова XIX века Шигабутдина Марджани (1818-1889), однако конкретные цитаты с указанием страниц им не были приведены. Это, впрочем, не означает, что Марджани, живший в условиях позапрошлого века, не мог так же критично относится к межрелигиозным бракам, однако таковые были практически мало реальны в то время. Добавим, что сам Марджани разрешал браки между суннитами и шиитами, что было весьма необычно для татар его времени. Кстати, нам неизвестно одобряют ли браки между суннитами и шиитами в Совете улемов ДУМ РФ. На эту тему там пока не высказывались.

Наконец, следует отметить, что практика современной жизни мусульман в России изобилует примерами, когда браки мусульман с христианками являются данностью. Так, например, нынешний глава Башкортостана Радий Хабировженат на армянке Каринэ Аветисян. Вряд ли муфтий Башкортостана Айнур Биргалин станет открыто поддерживать эту фетву: он, кстати, так и не обозначил свою позицию по тому, что принял Совет улемов ДУМ РФ. Покойный президент Узбекистана Ислам Каримов (1938-2016) был дважды женат, и оба раза на русских женщинах. Принятие ислама ни Хабиров, ни Каримов от своих жен не требовали, что не противоречит мусульманскому семейному праву, вытекающему из Корана. Но если оба государственных деятеля считаются всё-таки светскими политиками, то в России есть примеры исламских религиозных деятелей, у которых жёны были христианками в браке. К примеру, ныне покойный богослов Валиулла Якупов (1963-2012) был женат никахом (мусульманским бракосочетанием) на христианке Галине Алентьевой. В прошлом председатель Казыятского управления Тюменской области ДУМ Азиатской части России Фатых Гарифуллин женат на православной женщине, которая держит дома иконы.

К сказанному добавим: до трети браков в Поволжье носят межрелигиозный характер. И к этому отношение достаточно спокойно в обществе, а их противниками в основном являются только местные этнонационалисты, опять же по причине возможной ассимиляции детей в языковом и этнокультурном плане.

Важно ещё раз подчеркнуть одну деталь: хотя фетва была принята год назад, но о ней узнали только сейчас. Это говорит о том, что она элементарно не доходит до имамов ДУМ РФ. То есть её просто не удосуживаются распространять среди мечетей, находящихся в юрисдикции ДУМ РФ. Если бы это было не так, то, наверняка, о ней узнали бы раньше и возникло какое-нибудь обсуждение на низовом уровне в приходах. Но этого не произошло, что говорит о слабой коммуникации между аппаратом ДУМ РФ, находящимся в Москве, и региональными структурами.

Следует уяснить, что ДУМ РФ, несмотря на то, что оно позиционируется как общероссийский муфтият, объединяет всего 350 мечетей. Для сравнения: в ДУМ Татарстана входит 1,5 тысячи мечетей. А всего в России насчитывается 7 тысяч мусульманских приходов. Иными словами, ДУМ РФ распространяет свою юрисдикцию лишь на 1/20 часть мусульман страны. И фетвы одного муфтията, как показала эта история, совершенно неактуальны для верующих, относящихся к другим муфтиятам. Мы уж промолчим о том, насколько они будут определяющими для тех прихожан, которые посещают мечети в юрисдикции ДУМ РФ, поскольку мусульманский брак (никах) не имеет регистрации в органах ЗАГС, как и любой иной религиозный брак, и не имеет, с точки зрения государства, юридической силы. И хотя в заключении фетвы делается оговорка, что такие межрелигиозные браки возможны для мусульман в отдельных случаях, с согласия местного муфтия, -- но это тоже теряет смысл, поскольку устав ДУМ РФ отрицает наличие региональных муфтиев. В ДУМ РФ муфтием может быть только один – сам Равиль Гайнутдин, а председатели региональных ДУМ, входящих в ДУМ РФ, носят духовные звания мухтасибов, то есть начальников имамов местного ДУМ. Потому эта оговорка непонятно к чему.

Возникает вопрос: будет ли эта фетва иметь какие-то последствия для российских мусульман при выборе для себя брачного партнёра? Вряд ли. Те, для кого важно взять в жёны именно мусульманку, и без богословского заключения делали бы это дальше, а те, для кого вероисповедание невесты не играет роли, аналогично не станут к ней прислушиваться. То есть эта фетва о недопустимости межрелигиозных браков в России ни на что не повлияет. Не повлияет не только потому, что она носит рекомендательный характер, но и, в первую очередь, потому, что влияние ДУМ РФ на российскую исламскую умму с каждым годом всё более уменьшается. Череда скандалов, как прошлых, так и нынешнего, и без того в глазах не только мусульман, но и светской части общества создаёт негативных имидж вокруг Равиля Гайнутдина, который хоть и любит себя позиционировать «духовным лидером российских мусульман», но таковым уже давно не считается никем, кроме его окружения. И данный случай ещё раз подтвердил эту реальность.

Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments